Недавно сотрудники СБУ изъяли в Ривне, в помещении одной из частных структур, технические средства негласного получения информации - микро-видеокамеры, замаскированные в пожарные датчики и датчики движения. Предприниматель, который, как выяснилось, незаконно реализовывал в своем магазине спецтехнику, торговал охранными системами. Ривненский городской суд на основании материалов СБУ признал предпринимателя виновным и оштрафовал за незаконное приобретение или хранение специальных технических средств для снятия информации с каналов связи, других средств негласного получения информации, что является административным правонарушением. Впрочем, вскоре такие действия могут завести виновного за решетку.

Детализировать, кому этот человек реализовывал оборудования, или дать более широкую информацию, скажем, как часто «накрывают» таких предпринимателей и много ли изымают подобной техники, в СБУ отказались. Избегают разговора на тему прослушивания и в Апелляционном суде области, ссылаясь на официальный сайт Верховного суда. Там заместитель генерального прокурора Виктор Кудрявцев рассказывает, как оно происходит на практике: «оперуполномоченный или начальник отдела идет к председателю Апелляционного суда, и они тет-а-тет решают вопрос о даче согласия на разрешение снятия информации с каналов связи. А при проверке выясняется, что в этом разрешении иногда содержится 300-500 номеров, никто не проверяет, кому они принадлежат. Проверка же показывает, что там есть номера и судей, и народных депутатов. Например, ставится вопрос о даче согласия на проведение закупок при проверке организованной преступной группировки, деятельность которой связана с наркотиками, а оказывается, что фактически берется разрешение на политическую слежку. Законом этот вопрос не урегулирован».

- Только уголовно-процессуальный кодекс является открытым документом, но он регламентирует лишь основы этой деятельности, касающиеся досудебного следствия, остальное изложено в других нормативных актах, которыми и руководствуются оперативные службы. Эти документы содержат так называемые тайные части и они не доступны каждому, - комментирует адвокат Александр Бражников, - поэтому сотрудники СБУ, МВД, прокуратуры и суда избегают комментариев по этому вопросу, поскольку несут ответственность за разглашение служебной информации. Получается, что порядок и процедура получения разрешения на прослушивание законодательно определены, однако проверить их соблюдения лицами, к которым эти меры применяются, практически невозможно. Я допускаю, что под негласное прослушивание попадает много людей и они об этом не знают, а те, которые догадываются, не могут проверить правомерность такого ограничения их конституционных прав. Чтобы предоставить негласно полученной информации признаки доказательств по уголовному делу, а только для этого закон и разрешает использование таких методов, ее необходимо легализовать, и тогда звуко- или видеозаписи прилагаются к материалам дела. Понятно, что только эти данные и становятся гласными. В последнее время суды достаточно широко практикуют предоставление таких разрешений. А вот какая часть полученной информации затем применяется в уголовных делах, суды не компетентны контролировать, и судьба другого материала, который должен быть уничтожен, остается неизвестной. Таким образом, ни судебного, ни общественного контроля за тем, насколько законно собираются и используются эти оперативные сведения, которые могут содержать данные о личной жизни людей, скажем, куда и с кем поехал тот или иной гражданин, депутат, судья, или даже сотрудник спецслужб, нет. Не факт, что такие данные действительно уничтожают, беспристрастные органы контроля за такой деятельностью отсутствуют, а объем полученной таким образом информации - огромен. Надзор за этими процессами должна осуществлять прокуратура. В других странах этим занимаются специальные органы, которые, в отличие от прокуроры, не причастны к процессу использования полученной информации и не заинтересованы в ее успешном применении. А у нас получается, что фактически надо проверять самого себя. Эта проблема становится глобальной и требует радикального решения.

«Пишут» сейчас и с коммерческой, и с политической целью. Высокопоставленный сотрудник одного из органов, уполномоченных заниматься спецмероприятиями, одной из столичных газет рассказал следующее.

«В Украине сейчас удивляет не тот факт, что кого-то незаконно слушают, а тот факт, что прослушивание осуществляют так много государственных структур, частных компаний, политических партий и частных лиц. Такое впечатление, что прослушивают все и всех. В этой системе есть несколько уровней. Первый уровень - это любой радиорынок или Интернет, где можно купить по доступным ценам разное шпионское радиооборудование. Какие тут могут быть учет и контроль? За продажу «жучков» у нас существует необременительный штраф - 800 гривен, и накладывают его крайне редко: контроллеры тоже имеют долю. Объекты прослушивания, видеокамеры, «жучки» могут быть везде, следить могут за кем угодно. Стоимость этих приборов - от 100-200 долларов. Если необходимо вычислить контакты человека, наиболее бюджетный и доступный вариант - связаться с хакерами, которые ломают серверы, а чаще - договариваются с операторами связи. По 100-300 долларов можно в течение суток без проблем получить полный трафик - список всех контактов конкретного абонента, с распечаткой данных на владельцев контрактных телефонов из этого списка.

Второй уровень прослушивания - более профессиональный. Любая фирма, которая себя хоть немного уважает, покупает комплект для дистанционного контроля GSM-связи. Это на вид обычный ноутбук. Оборудование устанавливается в машине рядом с объектом, который интересует, и оттуда пишется весь трафик, все разговоры. Сколько у нас таких комплектов - никто не знает, но, думаю, счет идет на тысячи. Стоимость нормального бюджетного комплекта: нижний ценовой сегмент - от 15 тыс. у.е., средний - от 250 000 у.е., выше - от миллиона долларов. Есть и более дорогие - выбор огромен. В 2008 году за незаконное прослушивание в Украине посадили двух человек, в 2009-ом - трех. Это наглые частники, которые работают «без ограничений» и демпингуют ценами. В Днепропетровске задержали группу, которая первому встречному продавала прослушивание телефона по 150 у.е. в сутки.

Третий уровень прослушивания - госструктуры и крупнейшие финансово-промышленные группы. У них тоже есть всевозможные виды спецтехники, оборудования и специалисты для «раскалывания» шифров и систем защиты. Они располагают помехоустойчивой техникой. Но главное - у них есть возможность несанкционированного доступа к серверам операторов связи. Это настоящий клондайк. Если необходимо получить данные, теперь не проблема установить, где, в каком точно доме вы находитесь, телефоны каких абонентов находятся рядом с вами, причем это трассировки можно получить даже через год-два и проанализировать. Через доступ к серверам можно получить доступ к прослушиванию всей базы абонентов. Можно послать в необходимый телефон шпионскую программу, и тогда ваш телефон будет использовано как микрофон для записи. Мы живем в прозрачном мире. Если серьезный человек разговаривает по телефону, даже по телефону со скремблером, в некоторых ситуациях - таких, как избирательная кампания, например, - это все равно, что разговаривать на улице. GSM-связь - практически не защищена, об этом никогда не следует забывать.

Несанкционированный доступ к серверам, объектное прослушивание можно искоренить только при одном условии - если будет единая государственная система контроля и защиты информации. Виртуальные соты, через которые качаются данные, также легко можно обнаружить при наличии техники, специалистов. Тот факт, что наше государство не уделяет серьезного внимания информационной безопасности и борьбе с прослушиванием, свидетельствует просто о недостаточном уровне понимания проблемы. У нас не только слушают все внутри страны. Все наши информационные потоки контролируются и из-за границы».

На прошлой неделе Верховная Рада Украины приняла изменения к уголовному и процессуальному кодексам, которые предусматривают лишение свободы на срок от 4 до 10 лет не только за использование незаконных средств слежения, но и за изготовление, и за сбыт «жучков» и скрытых камер. После подписания закона Президентом он вступит в силу.

Снежана Новак.