Жителю Ривне Игорю Слюсарчуку в этом году исполняется 36 лет, его жене-бразильянке Марии де Сикейре — 51. Большую часть своей жизни Игорь провел в Ривне, Мария же родилась и 40 лет прожила в Бразилии. Они познакомились в Португалии в мае 2003-го, а в декабре поженились. Мария получила к своей фамилии еже одну — Слюсарчук. Тогда же, в декабре, она впервые побывала в нашей стране и впервые увидела настоящий снег. Сейчас супруги снимают дом в Ривне, а в следующем году намерены ехать в Канаду: Мария, уже имея по нашим меркам три высших образования, хочет изучать историю моды. Игорь занимается иконописью.

Встретились в Лиссабоне... по рисунку

Мы познакомились в Лиссабоне через нашего общего друга, - вспоминает Мария, - я тогда изучала философию в университете. Однажды один мой знакомый, также из Бразилии, показал мне рисунок, я тогда имела галерею искусств в Бразилии и такими вещами интересовалась. Рисунок мне понравился и мне захотелось познакомиться с его автором. У меня почему-то было ощущение, что он красив и интересен. Мы встретились, обменялись телефонами, а через три дня Игорь пришел ко мне в гости. И остался до утра, домой вернулся только забрать свои вещи. Я сразу поняла, что этот мужчина — мой суженый. Расписались мы через несколько месяцев.

Если для Игоря это первый брак, то для Марии - пятый. Впервые она вышла замуж в 20 лет, чем повергла своих родителей в шок. Девушка из состоятельной, интеллигентной, традиционной для Бразилии католической семьи как-то вдруг выходит замуж в столь раннем возрасте. В этом браке Мария родила дочь, а через 10 лет совместной жизни развелась с мужем. И опять родители были в шоке, не понимая, почему. «Однажды моя очень набожная тетя спросила, почему мы расходимся, - говорит Мария, - она интересовалась, не бьет ли муж меня, зарабатывает ли, хорошо ли относится ко мне и к ребенку, нет ли у него другой женщины или у меня — мужчины. Если смотреть со стороны, все было как-будто благополучно. Просто наша совместная жизнь утратила смысл. Как с первым, так и со всеми остальными мужьями я сохранила дружественные отношения».

Дочери Марии Саре 28 лет, она замужем, живет в Бразилии, в городе Сальвадоре. Сара занимается антропологией и будет защищать диссертацию на тему воспитания индийских детей в Бразилии.

Из Бразилии — в прорубь

В декабре 2003 года Игорь и Мария прилетели в Украину. Не имея представления о том, что такое зима, она взяла с собой из теплых вещей только... спортивный костюм. Мария сидела, вцепившись в поручни сиденья, и боялась выйти из салона самолета. Но когда вышла и у видела снег, то подумала, что ничего более прекрасного до сих пор не видела. «Как- то Мария, выходя из дома, сделала прическу из косичек и намочила волосы, чтобы лучше уложить, - смеется Игорь, - я ужаснулся, что она делает, а она не могла понять, в чем дело и что такое мороз».

Что такое мороз — она теперь знает лучше Игоря. После знакомства с женщиной, увлекающейся купанием зимой в проруби, жительница тропической страны и сама захотела стать моржом. Теперь Мария с удовольствием купается в озере Басов Кут и чувствует себя хорошо, ее рекорд — купание при температуре воздуха минус 15 градусов. Игорь в это время стоит возле проруби и держит в руках одежду жены. Он говорит, что на такое пока не способен.

Из трудовых мигрантов — в художники

Практически сразу Мария предложила Игорю профессионально отнестись к увлечению рисованием, чтобы в будущем зарабатывать на этом. Она даже предложила ему контракт, согласно которому она выступает его менеджером. Этого Игорь поначалу не воспринимал вообще. Библиотекарь-библиограф по образованию, Игорь поехал работать за границу около 9 лет назад. Работал во Франции, в Испании, Португалии то строителем, то на других, совершенно далеких от искусства работах. Из-за частых болезней в детстве он и в художественной школе не мог учиться, родом был из простой семьи, а рисовал так, по увлечению.

На почве моей будущей карьеры художника у нас были скандалы, - признается Игорь, - я считал, что Мария просто по-женски увлечена и ей хочется видеть во мне художника. Однако она утверждала, что способна отделить любовь от профессии. Однажды в Лиссабоне она тайком взяла три моих рисунка и отнесла подруге, которая торгует на улице такими вещами. Вернулась домой и спросила, где те мои рисунки. Я ответил, что, вероятно, выбросил их, и тогда она вынула 500 евро и сказала, что это и есть мои рисунки.

В Ривне Мария настояла, чтобы Игорь нашел учителя изобразительного искусства и брал у него частные уроки. Через одноклассницу учительница нашлась, и на протяжении нескольких месяцев Игорь дважды в неделю штудировал основы академического рисунка, живописи и композиции. Начал писать маслом. В Бразилии Игорь подарил тетям и подружкам жены, у которых имелись богатые знакомые со связями, несколько своих картин. «Это работы художника с Восточной Европы», - говорили они. Поначалу Игорь это восточноевропейское обстоятельство не воспринимал, однако не учитывал того, что Бразилия — страна, в которой много лет был рабовладельческий устрой. Для них особо ценно все, что из Европы, и особенно загадочно все, что из Восточной Европы. Одна из подруг Марии имеет фирму по оформлению интерьеров, она защитила докторскую диссертацию по искусствоведению в Италии, поэтому ее мнение в вопросе творчества Игоря было очень ценно. Кто-то подарил Марии репродукции икон Иисуса Христа и Девы Марии, Игорь по совету жены начал изучать иконопись и приступил к практике. Первую икону Игоря Мария продала за 2 тысячи долларов, появились заказчики, пришла уверенность в себе и в своих способностях. Тем более, техника художника поразила тамошних специалистов. Игорь получил признание своего мастерства и среди здешних преподавателей изобразительного искусства, а также среди людей, занимающих высокое положение и знающих толк в этом деле. «А муза — она не в окно к художнику влетает, она находится внутри его, - считает Игорь, - и помогать будет только тому человеку, у которого деловой, профессиональный подход к делу».

Экзотика и в церкви, и на кухне

В Бразилии иконопись — очень экзотичный вид деятельности, которой мало кто занимается. Тем более, что большинство людей в этой стране живут очень бедно и им не до красоты. Однако их религиозные праздники заметно отличаются от традиционных католических. И по сей день здесь можно увидеть, как удивительно для белого человека сочетаются и уживаются такие разные культуры – африканская, индейская и португальская. К примеру, в центральном храме Сальвадора праздники заканчиваются музыкой и танцами. Прихожане при выходе из собора берут благословение у женщин-священнослужительниц, что присуще африканским религиям. Без этого обряд, переходящий в карнавал, считается незаконченным.

В Бразилии Игоря поразила также и кухня. Основные блюда здесь — из риса, фасоли и кукурузы. Еда очень специфичная и непривычная для европейца, но Игорю нравится. Мария же полюбила наши сметану, сырки, ряженку, йогурты, в Бразилии этого всего не делают из-за постоянной жары. Но больше всего она любит наши конфеты. И хотя в Бразилии выращивают какао, таких сладостей, как у нас, делать не умеют. Хорошие конфеты продаются разве в очень дорогих магазинах. Больше всего Мария любит «Стожари», может скушать сразу целую коробку, даже не боясь испортить фигуру. А вот мяса она не ест, считает, что так лучше для здоровья.

Каждому — свое

Эту необычную привлекательную пару в Ривне можно увидеть на фотовыставках, на джаз-вечеринках, на концертах в органном зале. Они ведут довольно уединенный образ жизни. Бытом занимается преимущественно Игорь, - Мария не знает ни украинского, ни русского языка, между собой они общаются на португальском. Готовят по очереди, каждый — блюда своей кухни, музыку тоже слушают разную. Деньги и имущество - у каждого свои. Мария считает себя феминисткой и говорит, что никогда не жила на содержании бывших мужей, хотя в Бразилии есть такая форма брака. «У меня есть образование, я здорова и могу сама на себя заработать, - говорит она, - раньше я занималась своей галереей искусств и декорированием интерьеров, теперь - продвижением Игоря согласно нашему контракту».

В браке важны духовная, интеллектуальная близость. Тогда люди будут жить вместе, - считает Игорь. - Никто не знает, сколько лет совместной жизни отмеряно нам с Марией, мы будем вместе, пока в этом будет смысл. А если когда-то и разойдемся — то только друзьями.

Светлана Федас.